Произошло еще кое-что важное

Произошло еще кое-что важное | Океан в бутылке

У всех моих детей есть слово. Так уж повелось почему-то, что мне с самого начала было остро необходимо вербализовать свое ощущение от пришедшего ребенка так, будто это слово — давало мне возможность осязать его суть.

Слова к каждому приходили быстро. Рой — структура, агрессия; Юра — сказочность, доброта; Лукьян — красота.
Буквально первые недели, ну иногда месяцы после рождения — для сверки уж.
Для Демьяна не было слова четыре года.
Я никак не могла его описать, почувствовать.

А еще — всегда было чувство, что он может уйти. С утробы, но и после родов не отпустило. Не знаю, что это — интуиция или подспудное желание выключить его из семейной системы в связи с невыносимостью объема детей. Но мне никак не удавалось его присвоить.

Все сложилось на этой неделе.
Любование раз за разом, заливающее сердце чувством — моего. Присвоение себе своего ребенка;

Пришло слово, и стало так легко. Все его реакции и устремления, и особенно его постоянный смех — не такой как у Юры, связанный с чувством юмора, а такой — как смех бессмертных, как в Степном волке, и слово его — Жизнелюбие.

И наконец, внезапно, я увидела свои роды — те, что четвертого, хорошими. И даже стало как-то удивительно, как могло быть иначе внутри. Единственные роды, историю которых я не записала ни в одном варианте нигде. И кажется, сегодня самое время. Потому что вот оно, время, в которое я его родила.

Беременность сыном была спланированная, мне просто хотелось ребенка, и были силы. В вечер теста между двумя днями учебы по шоковой травме — первая мысль на две полоски была — хочу рожать в своем Доме, на земле. Ребенок пришел, и принес очень много слез, мне даже стало страшно за свою психику, так много и неконтролируемо я плакала.

Обожала все красное: до трясучки борщ, мясо с кровью и красное вино.
Плавала с дельфинами.
Работала.

Перед родами нашла нашу Нарнию, тогда еще съемную, в которой мы планировали прожить все лето, месяц до родов, и после родов. Так и вышло: Демьян родился в Нарнии, а еще через 2 года этот дом действительно стал нашим.

Очень хотела сольник, как обычно (все роды мои домашние, но второй и третий рождались без акушерки). Но в свете своей шкалящей тревоги, что с сыном что-то случится, что он умрет, или что это будет под вопросом, не могла до конца на это решиться.

Плюс нахождение на даче, а не в городе, одной с тремя малышами + четвертый, в ожидании которого мы были, стали фактором, чтобы позвать в роды акушерку. Случись что со мной, я бы этим очень подставила своих ребят. И папа Демьяна попросил позвать. Я удивилась его инициативе, а еще подумала о чутье, вопреки идее о женской интуиции, я убедилась, что у мужчин она куда сильнее, особенно про роды, если это не страх.

Вокруг родов было много всякой мутатни — и солнцестояние, на которое было ПДР, но я знала, что всегда ношу до 41+, и затмения, и дети, утонувшие в Карелии, и еще что-то — фон, который хотелось переждать и вернуться в спокойствие.

За день до — обычно догадываюсь, что это последний день: у меня сильно меняется сознание и легкие схватки идут. Так что помню, как идя за молоком, сказала папе, что кажется, я завтра уже приземлю человека сюда.

Вечером начала смотреть Аватар, но сильно тошнило. Пошла просто спать, отключили электричество, стало несколько тревожно за заряд на телефоне.

Чувство всасывающей воронки. Написала Матрешке, что Пошла. Таков у нас совместный уговор. Она ответила, что Не со мной, так как умирает мама.

Получила от Наташи видео-благословение в роды мне от Наоли Винавер.

Было одиноко и потерянно как-то.

Полуспала, схваток почти не было. Но написала акушерке, что возможно с утра начну рожать (я всегда начинаю в одно время)))) И она, молодец, выехала через 15 минут, откуда-то поняв, что мое «я еще не рожаю» станет родами за 2 часа.

Через час приехала акушерка. Шла открывать ворота — уткнулась в распустившийся жасмин, обалдела — не видела его раньше. Вот это подарок к рождению. Схватки уже пошли. Показала ей гордо все на свете — и баню, и цветы, и кусты, и беседку, и дом. Солнечное утро и роса на траве. Останавливаюсь на схватке.

Сели чай пить с бутербродами. Дети прыгали вокруг.

Откусила бутерброд и кто-то из меня говорит: «Пойдем наверх, ты мне раскрытие посмотришь?»

Больше сверху я не вернулась)))) Были 40-60 минут активных родов с сантиметров 5 до рождения ребенка.

Мы были в моей спальне, на той кровати, что мы и спим сейчас, на углу. Схватки были невероятно сильные, захватывающие, скручивающие. Невыносимые.

Мне точно — лучше рожать 20 или 10 часов, как было с первым и вторым, я так успеваю адаптироваться и дышать, быть в контакте с собой, ритмом, реальностью. Здесь скорость была совсем не моей.
Материлась я напропалую)

Утыкалась темечком в подушку и бодала ее, представляя что я утыкаюсь так в живот и широкие ладони мужчины, папы Демьяна. Становилось легче. Будто он немножко был рядом.

После схватки — Лучик рядом гладил по волосам и говорит «Ты вау, мама, ты очень вау!» — что обозначало у него тогда смесь «я тебя люблю, ты молодец и жаление, и поддержку».

Было страшно рожать на сушу, все трое до — в воду. Воды мучительно не хватало. Не знала, как обойтись телу с гравитацией. Выбрала бок.

Сын родился космонавтом — в пузыре на голове. Потом он прорвался вместе с водами.

Было огромное чувство разрешения. И успокоения.
«Посмотри на него»
«Да успею еще, нам всю жизнь быть вместе» — то ли сказала, то ли подумала. Такое чувство было… уверенности, и желания насладиться, что все закончилось. Паузы между беременностью и материнством.

Потом легли знакомиться на кровать как люди) Головой на подушки, вдоль, а не поперек. И тут я заметила, что он очень странно дышит.

Минут 10 на выяснения обстановки и продумывания, что делать. И экстренная эвакуация в Москву с новорожденным и детьми. По дороге с остановкой на достать кислородный баллон, его дыхание перекрывало звук мотора машины на шоссе.

По дороге — договоренность с Маришкой Дригола, что она приедет побыть с детьми до момента, как я решу куда их еще пристроить, потому что нам с Демой в реанимацию.

По дороге — рассматриваю его лицо, смотрю, смотрю и пытаюсь запомнить не как того, с кем нам теперь всю жизнь, а того, с кем возможно все что у нас есть — это сейчас.

По дороге – приходит идея вызвать реаниматолога домой.
Приехали домой, в Москву, ждать приезда реаниматолога.

Так и остались тут, выхаживать. Первую ночь с Маринкой не спали, а потом спали по очереди – следили, чтоб дышал. С утра снова реаниматолог. И днем. Разные. Акушерка. Вторая ночь. Снова реаниматолог. Раздобыли гомеопатию. Привезли. Много людей было включено. И торт кажется был, и Наташа Томилина во вторую ночь? Или когда уже все кончилось?

Мариша Чижова, и Даша Уткина, и Юля Соловьева. И папа где-то рядом, и папа детей.
Какой-то мой поход в аптеку ночью одной.
На третьи сутки он открыл глаза после того как я перерывала все внутри, ЧТО же происходит.
«Я очень рада, что именно ты родился. Я — тебе — рада, Демьян».

Кажется, это была «всего» неделя в Москве. И когда все точно стабилизировалось, мы уехали обратно в Нарнию.
Я была какая-то раненная, подкошенная. Огретая. Замороженная еще месяца полтора-два. Как будто с недостатком себя в себе.

И роды потом вспоминать не любила.
А сейчас вижу главное. Это было рождение моего сына. В моей Нарнии! Получилось же) Домашние, более чем. И даже реанимационная история развернулась дома; И да, мы сорвались с места, с гнезда, но вообще-то это была поездка из дома — в дом.

И вообще-то я сделала главное: выходила малыша максимально мягко, дома, миллиметрово, без кювезов и антибиотиков, без разлучения со мной.

И все это время фонила история собственного рождения, где и у меня было «что-то с легкими, кажется, пневмония», и принесли меня к маме «кажется на вторые, не, ну а может и на третьи сутки, ну в общем — не сразу совсем».

И тогда я перезаписала что-то. Для моего ребенка, и для себя.

С днем рождения, Демиан.

Нет комментариев

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.