Чему меня учит Моя Нарния?

Чему меня учит Моя Нарния? | Океан в бутылке
Давненько не писала я хроник из нее, а произошло фундаментальное. Настолько большое, что наверное потому я долго подбиралась к словам, выводящим на поверхность.
Сейчас Нарния — это мой дом. Не дача, не только сказочная Нарния, но и хронотоп, проживаемый всею мною. Точка единства пространства и времени, в котором я. Здесь сейчас я, моя семья, и мои вещи, все.
Я волновалась, как же это, и так, и сяк, может, снять в аренду какую ячейку для хранения, а может еще что. Как же это все поместится тут, и не захламится ли моя свободная, просторная Нарния, что про ресурс, а не коробки и нагромождение вещей?
Удивительно, а вся моя жизнь запросто поместилась в ее гараже. Как-то очень по-матерински она объяла это все, лихо, щедро, где-то прорастив в себе еще больше нас — какой-то мебелью, картинами, став Нарнией, что про детей, а все что пока что мимо — ждет коробками да сумками в гараже.
Мне нравится в абсолютно любом ритме, исключительно по желанию и силам идти туда и вальяжно распаковывать одну-две коробочки, расставляя книги по полкам, а украшения, хранящиеся раньше дома исключительно в комоде, чтоб дети не раздолбали, начинают наконец-то украшать дом. Тут им есть место, его тут достаточно, чтоб дети не натыкались на них и не превращали в предметы своих игр.
И каждой такой разобранной сумкой я заземляюсь тут, осознаю и ассимилирую весь мой предшествующий опыт, перебирая вещи из всех времен, где есть платье, которое было на мне первого сентября первого класса, и ползунки первого сына, дневники подросткового возраста и конспекты из перинатального еще института.
Мне важно ощутить это единство точки. Как исходной. Для следующего Шага.
Совершенно очевидно, что я не планирую жить тут, Нарния — это не дом навсегда, не дом для бытования, Нарния должна остаться сказочной Нарнией, оплотом безопасности и отдохновения, местом личной мистерии и вдохновения.
Но еще совершенно важно, чтобы здесь было хранилище — моих лет, книг, дневников. И сейчас мне нужно быть тут.
Так чему же учит она?
По бесчисленному количеству раз в день я останавливаюсь, идя по ступенькам, или перед зеркалом, или выходя на крыльцо, открывая утром дверь, в которую выбегают кошка с собакой, я пытаюсь проживать одну такую штуку: когда-то, всего четыре года назад, тоже я, ходила по этим же ступенькам, смотрелась в эти же зеркала, стояла на этом же крыльце и смотрела на эти же деревья, но ощущала это тоскливо — чужим. Завистливо чужим. Восхищенно — чужим. Тогда, всего четыре года назад, этот дом казался возможным только у кого-то очень взрослого и крутого, умеющего совершать большие покупки. Было странно представить, что можно владеть чем-то большим, чем то, что можно объять руками. Ну, максимум шкафом.
И вот этот контраст — между тем, как тогда «хозяйка Нарнии» казалась небожителем и тем, что я точно сейчас простой смертный, но хозяйка Нарнии, я пытаюсь уложить в себе, протоптать нейтронное шоссе внутри. Что невозможное — возможно. Что мечта — сбывается. Своими руками. Мною.
Не сказать, что это было просто. Это было очень тяжело, за пределами моих сил. И эта история для меня очень про волю, как не вешаться, когда очень плохо, и ты сама себя в это вогнала ради очень светлой цели. И не омрачить этим саму цель, помня, что это временно. Что это ради вот того самого ощущения на крыльце и глядя в зеркало. И про его цену.
Смелости, уверенности в себе и трезвости и осмотрительности с тех пор прибавилось во мне. А история пока продолжается.
Но кроме этого есть еще то, что есть в самой Нарнии, в том, какая она есть.
Я учусь у нее — культуре отдыха. Ценности наслаждения, а в связи с этим ценности себя. Здесь в каждом пространстве есть своя зона отдыха, свой островок безопасности, причем внутри одного пространства их может быть несколько так, что каждый раз в этом местечке, с разного угла обзора, можно переживать разную себя, в разных настроениях. От этого моей близнячьей натуре сытно в нескучности, мне мозгам это интересно, разминкисто.
Я до Нарнии, честно говоря, будто и не видела такого примера — как это — когда дом предлагает тебе отдыхать. Не впахивать, не обслуживать, не быть функцией, не трудиться в поте лица и быть полезной, а вот совершенно бесполезно и праздно, гедонистически располагать свое тело в одном гамаке, в другом гамаке, в кресле, на диване, в другом кресле, на топчане, и тд и тп. В беседке, в столовой, в гостиной, в гостиной-библиотеке, на веранде, в саду, …
Когда я жила последние три недели в Москве, в своей двухкомнатной квартире, я физически ощущала, как мне некуда приткнуться, чтоб выдохнуть. Дух перевести. Не обо что расслабиться. Просто нет места.
Разве что в ванной, которую хоть я и очень люблю, но все же не ихтиандр как некоторые.
Другое, чему учусь, — эстетике, красоте. В пролете лестницы — целый стеллаж для статуэток, ваз, подсвечников. Выключатели тут сами по себе — украшалки: в виде колокольчиков, например. В печь встроена очень красиво и аутентично духовка. Здесь много деталей — продуманы, с любовью, красивы. И оказалось, я узнала это о себе, что я бесконечно, серьёзно зависимый от красоты человек. Для меня это душу греющие детали, микроподмигивания в течение дня, сами по себе — ресурсики. Мне так — радостно жить.
Не бессмыслица, не глупость какая-то, не забирание времени, не дребедень. Оказалось, что это питает душу — напрямую.
А каждая такая вещь — имеет смысл и историю.
Я поняла, почему в вальдорфской педагогике все материалы натуральные, а линии мебели — округленные и кривые. Я смеялась над этим раньше — какая на фиг разница, если ребенок выходит оттуда, из сада или школы, а вокруг совсем другой мир? Но теперь я осязаю, как это — влияет на мозг, на психику, на состояние. Как впитываю я это все бессознательно также, как впитываем мы атмосферу любого места, в котором нам «почему-то» хорошо или плохо.
И наконец — пространству. Объему. Что на одну кровать с тумбочкой да креслом — может быть целая комната размером чуть не в единственную комнату в Люберцах, в которой умудрялись жить мы целой семьей в четыре человека. И как тогда тело тоже начинает занимать больше места, энергетически. Как лечит это мое — право быть. Свободу дышать. Быть собой — вдоволь, не зажимаясь. Эдакая телесная терапия пространством.
А уже это все — радости жизни, жизни, а не выживанию. Когда в жизни — много и главное — про любование и благодарность, про момент и наслаждение.
Уважению к своим потребностям — к месту, к эстетике этого места, к своему ресурсу, к ощущению безопасности и напитанности как отправной точке. В этом много достоинства.
Я думала, каким нужно быть взрослым, чтобы быть хозяйкой Нарнии. А оказывается, сама Нарния — меня растит, представляете?
И для меня это чудо, чудо, чудо. Чудо, исцеляющее маленькую девочку. Нарния моя.
Теги: Моя_Нарния,

Похожие записи

Чтобы работать

Нет комментариев

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.