невыносимая лёгкость бытия

Сегодня пятница, а это значит, что наступили выходные. Якобы два дня отдыха, в один из которых – ты только отходишь от случившейся недели, а в другой – настраиваешься на следующую. Ужасные два дня.
Вам знакомо желание свободы? Откуда возникает обратное? Вот вроде бы же – моя-то реальность выстроена точно, как я хочу – у меня нет того, что было бы мне не по душе, от чего на душе тоскливо и выть хочется от неслучившейся иной реальности. Нет у меня и долга, который был бы вразврез с моим “хочу”. Однако жизнь постоянно ощущается как отрезок пути до какого-то времени: дойти, дотерпеть, а там призрачная передышка.
Ощущается лимит времени. Ощущается подотчетность за сделанное в текущий период времени. Ощущается тиски материального плотного бытия.
Иногда лежишь в тишине в середине дня на кровати и пытаешься справиться, охватить саму себя. Просто себя – без перекладывания на другого. Свою жизнь, свои чувства, свои мысли. Это самый титанический труд. Атлантом с их землей на плечах и не снилось. Просто – вынести саму себя.
У меня был период, когда веса не чувствовалось, а времени не существовало. Это не детство, из детства хотелось поскорее вырасти и сбежать как из ада. Это мой брак с Сережей и первые 5 лет жизни детей. Тогда мне было совершенно все равно какой сегодня день недели – он не значил в пространстве координат ничего. Я могла делать что-то, а могла ничего не делать. Даже готовить могла не готовить – муж бы приготовил. Даже убираться могла не убираться, хрен с ним, потом, когда силы будут. Могла писать или не писать. Работать или не работать. Абсолютная принадлежность себе. Себе ли? Вряд ли. Потому что у этой свободы – ответственность была на другом, на “родителе” – муже. Это он контейнировал все мои чувства и мысли, это он думал, что мы завтра будем есть, где и как жить, и он дни недели, думаю, считал очень хорошо.
Есть несколько ответственностей, совсем не присущих ребенку.
Ответственность за ребенка. Сильно преувеличенная нашими страхами, однако все равно имеющаяся и еще как. Одно из самых больших потрясений, я помню, как она пришла ко мне осознанием вместе с счастьем рождения первого сына. Как обручи на руки джина, как кольцо на шее у раба – что-то тяжелое, вечное, литое – а так ты, конечно, фея и человек – делай что хочешь.
И вторая, когда умер Сережа, также пришедшая животным ужасом страха за выживание к женщине, никогда толком не работавшей и с двумя малышами, с отвернувшимися от нее разом родителями с обеих сторон. Вот это – твердость и непреклонность надвигающегося мира – с долгами по кредиту, кварплатой, едой за деньги, сроками.
Я давно уже научилась обходиться с этой ответственностью. Я вроде бы учусь выносить саму себя без перекладываний на. Успешно.
Но зажим даже на уровне тела в течении бытия, рефлекторный, выученный быть в мобилизации на выживании – это, видимо, самое трудное.
Это усилием воли себе напоминание – Выдохни. Тебя никто не ударит, Не накажет. Не отвергнет главный, потому что главная – я. Земля из-под не уйдет, стрелки часов крутятся бесконечно. Вот они мои руки и мои ноги, мое сердце и голова. Попытка правда представить, что нет никакого высшего и злого Контролера, который все это оценивает, подсчитывает, и выставляет счет. Попытка через голову, а через чувства пропустить осознание, что единственный Контролер – это я. И это благостный контроль. И я выбираю через любовь он будет или через хлысты.
Воздух тогда начинает казаться мягким, шелковым. Время – как морская вода, с другим уровнем плотности и веса тебя в нем. И самое-самое трудное – поверить в это.

Нет комментариев

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.